После Brexit Турция решила «растопить лед» в отношениях с Москвой – как это скажется на Украине?

2
views

Главный редактор Asia.in.ua, экономический обозреватель Ageyenko.com, аналитик ИБ «Редукцион».

попов мнение5

Вчера, 27 июня, президент Турции Реджеп Эрдоган разместил письмо со своими соболезнованиями в связи с гибелью российского пилота. СМИ также сообщают, что сейчас обсуждается вопрос о денежных компенсациях родственникам погибшего. Это позволило осуществить перезагрузку российско-турецких отношений. Случайно ли это совпало с Brexit? Маловероятно. Итак, после Brexit Турция решила «растопить лед» в отношениях с Москвой – как это скажется на Украине?

Но сначала чуть детальнее о российско-турецких отношениях. Так, уже сегодня, 28 июня, премьер-министр Бинали Йылдырым, выступая в парламенте, заявил: «Лед в отношениях Анкары и Москвы начал таять, начался период нормализации», о чем пишет местная пресса.

Там также сообщается, что 1 июля Сочи посетит министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу, где примет участие в заседании Организации Черноморского экономического сотрудничества. Помимо этого, Чавушоглу проведет переговоры с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым.

Отметим, что Мевлют Чавушоглу был приглашен в Сочи лично президентом России Владимиром Путиным, а это можно считать ответном жестом Москвы на примирительную позицию Анкары.

Очевидно, что размещение соболезнований турецкой стороной неслучайно совпали с Brexit. Судя по всему, Эрдоган решил сделать ставку скорее на Москву, чем на ослабленный ЕС, где многие ожидают «парад суверенитетов».

Кроме того, ранее канал польский TVP сообщал, что Германия и Франция подготовили проект реформы Евросоюза, которая сделает новый ЕС максимально централизованной «квазидержавой» с единой европейской армией, единой спецслубой и пр. Этот документ якобы должен представить глава немецкого МИД Франк-Вальтер Штайнмайер во время встречи с представителями стран Вышеградской группы (Польша, Словакия, Чехия и Венгрия).

При этом Польша намерена на основе Вышеградской группы создать новый блок, который должен будет характеризоваться наличием собственных вооруженных сил и довольно высокой степенью интеграции. Туда также приглашается Украина, но не ясно на каких условиях. В польской прессе и пользователи в соцсетях пишут, что таким образом власти пытаются «возродить» некое подобие Речи Посполитой с доминирующей ролью Польши в Восточной Европе, однако без официального подтверждения планов Варшавы о новом альянсе говорить пока преждевременно.

То, что об этих всех намерениях было объявлено после референдума по Brexit, может говорить о серьезных центростремительных и, одновременно, центробежных процессах, которые грозят ЕС если и не развалом, то, по крайней мере, ростом регионализации. Не нужно забывать, что чем сильнее давление – тем выше сопротивление.

В связи с наличием и так немалых противоречий между Брюсселем и Анкарой, можно предположить, что Эрдоган разочаровался в европейском проекте, где высокая степень централизации никак не может его устраивать.

О смене приоритетов в политике Анкары с европейских на азиатские, свидетельствует и попытка перезагрузки с Израилем после 6 лет конфронтации. Это происходит одновременно с потеплением в отношениях с Москвой, что тоже явно связано с Brexit. Следующим шагом Турции, вероятно, будет восстановление полноценных отношений с Ираном. По крайней мере, это будет единственный влиятельный внешний игрок около турецких границ, с которым у Анкары действительно серьезные противоречия. Похоже, что политика «Ноль проблем с соседями» вновь актуальна для турецких властей.

Отметим, что многие страны восприняли подобные маневры Анкары с удивлением. В том числе и Украина, которая восприняла новую внешнеполитическую стратегию Турции как угрозу совместным проектам. Однако по инициативе турецкой стороны состоялся телефонный разговор между Петром Порошенко и Реджепом Эрдоганом, где последний заверил в действительности всех достигнутых ранее двусторонних соглашений.

Несмотря на эти заверения, можно предположить, что Турция теперь займет гораздо более жесткую позицию по ряду направлений переговоров с Украиной (по Зоне свободной торговли, например), поскольку теперь, после потепления отношений с Кремлем, у Анкары появлются возможности для маневра, которыми Эрдоган не преминет воспользоваться в свою пользу. Также наверняка будет снижен уровень сотрудничества в оборонной сфере (а тут у украинских властей были довольно масштабные планы).

Нельзя говорить, что Киев полностью потерял ценного союзника по «антироссийскому блоку», который украинские власти уже который год пытаются выстроить в Восточной Европе, но то, что этот союзник станет вести себя отныне гораздо более гибко в отношениях с Москвой – это уже свершившийся факт. Соответственно, политика в отношении Турции требует коррекции.

И мы уже видим, что Киев резко охладел к Анкаре. Видим это по официальным заявлениям, а по позиции в отношении крымских татар – позиция власти тут как индикатор. Когда на антироссийской почве Украина и Турция стремились к союзу, то крымским татарам было позволено практически все – создать свои батальоны вне фронта (в Херсонской области), вести активную общественно-политическую деятельность и т.д.

В стычках крымских татар и жителей Херсонской области власть неизменно выступала на стороне татар, как пострадавшей от российской агрессии стороны. Дошло даже до того, что депутаты ВР стали все чаще говорить о некой «крымской автономии» в Херсонской области. Куда при этом девать местных жителей инициаторы таких инициатив умалчивали.

Но по удивительной случайности именно сегодня (на следующий день после объявления о перезагрузке российско-турецких отношений) в украинских СМИ довольно массово появляться материалы разоблачающие деятельность крымско-татарских батальонов в Украине, о том, что они занимаются разбоем, пытаются «забрать» часть той же Херсонской области (т.е. фактически это слабо завуалированные обвинения в сепаратизме).

Более того, даже давние партнеры в среде украинских национал-патриотов сегодня как по команде начали резко критиковать крымско-татарские добровольческие батальоны и лично их организатора Ислямова. Наиболее резким был лидер УНА-УНСО, но в соцсетях об этом высказались многие из них. Поэтому очевидно, что украинская власть попытается разыграть крымско-татарскую карту в отношениях с Анкарой, в пику дружественных действий Эрдогана в отношении Москвы.

Как видим, Brexit прямо или косвенно повлиял не только на ЕС, но и на геополитическую ситуацию в Восточной Европе и на Ближнем Востоке. И этот «ком неопределенности», несомненно, будет еще нарастать.

Андрей Попов